БиографияКнигиО творчествеКазимир МалевичЧерный квадратГалереяГостевая
 

И. В. Клюну1(1934).



«Иван Васильевич друг мой милый
В Искусстве воздух совсем гнилый,
А жизнь моя на волоске
И таю я как воск в огне
Неужели мне уж не подняться
Чтоб вновь за Новое Искусство браться
Неужели дни уж сочтены
И не видать мне более весны
Искусства Нового.
Печален я, душа томится
Живопись мне ночью снится,
А встану я и весь дрожу
И взять я кисти не могу.
Холсты стоят, а краски сохнут
Болезнь моя не хочет глохнуть.
В кандалах лежу болезни сильной
Прикован к ложу дух мой бодрый
Но как река водой обильной
Сносит все. Так дух мой здравый
Сломает кандалы».

Айвазовский-Листиков
Севастополь



          Итак, Иван Васильевич, шесть месяцев лежу больной и сегодня, пролежав еще месяц в больнице «Жертв революции», я впервые почувствовал немного силы, чтоб написать Вам письмо. Это первое письмо к Вам, но это не значит, что я, написав Вам письмо, выздоравливаю, это только цветики, а ягоды будут осенью, когда хирург будет вырезать мою ягоду, предст<ательную> железу, окажется он моим другом иль, может быть, он друг болезни, и при помощи его ножа я буду отправлен на синие высоты, чтоб с синих высот небес смотреть на Барвиху. О! Если б Вы знали, сколько я переживаю все прошлое, как бесконечные кадры кино летят и показывают мне всю пройденную жизнь, и невольно хочется сказать словами великого поэта Сергея Пушкина

«И червь пожрет искусства тело
И мертвый станет сам,
А все, что жизнею глядело
Принадлежало нам»

          Времена, пишет поэт, для Искусства стали тяжелыми, потому что общежитие воспитывается на предметных явлениях, оно ничего не может видеть как только предмет; если во времена фараонов египтяне выражали предметные явления, то в этих предметах все же видели Искусство, теперь же не видят его и не знают его, ибо думают, что Искусство и заключается в том, чтобы передать тупой фотографизм, слегка подкрашенный. Но поэт в дальнейшем своем рассуждении верит в весну Нового Искусства и восклицает

«Придет весна для Нового Искусства
И зацветут поля холстов цветами
И все, что съедено червями
Вновь оживет»

          Саврасов Казимир Северинович тоже верит в это, и все есть преходящее. На то и придумана к счастью диалектика, чтоб ничего не стояло на месте и сидело долго на стульях. Каждому церберу в силу этой диалектики приходит конец, главное чтоб мы не были конечны, мы должны делать искусство, я не могу сказать, чтобы мои работы не достигали цели, есть и действуют. Лежа в больнице, в минуты облегчения много передумал о путях дальнейшей живописной работы и веру<ю>, Что дам бой или наступающие отступят. Искусство Новое должно жить, как жил Ной и который спасся благодаря своему Искусству. Так писал Саврасов Сергею Пушкину, который видел длительность натуралистического потопа очень большую и усомнился в том, что доживет ли он до окончания потопа, и эти свои ощущения он выразил в шестистишии

«И если нам весны той не дождаться
Дождется молодость ее
Она создаст весну, и будет драться за нее
Я верую в молодость, как в беспредметный мир,
Что тематический кумир
Сгорит в пожаре ее творческой силы»

          Саврасов пишет критику Козликову, что сомнения поэта в том, что он не дождется весны, напрасны, и что времена меняются быстрее, чем поэт думает, и что еще не пройдет лето, как все будет изменяться, церберы сменяются, и чем выше их на цепь сажают, тем сильнее падение.

          Теперь о себе. Настало лето и я, как зверь дикий в клетке бьется, так я в клетке своей болезни бьюся, куда бы на лето уехать отдохнуть, но это куда сильно ограничивается моей болезнью, далеко от города нельзя, связан с врачами должен быть, жить мне можно либо под Москвой, либо под Ленинградом; очевидно, что буду жить под Ленинградом, и в это лето уже не будем в Барвихе, поэтому я был бы очень рад, чтобы Вы приехали, как пишите, к нам в гости в конце мая или в первых числах июня; я имею надежду, что окрепну, и мы с Вами попутешествуем. Сегодня мне лучше, как-то сильнее становлюсь, но еще одолевает слабость, вчера даже сделал небольшую прогулку. Гомеопаты поднимают мои силы. Стоит жаркая небывалая погода для Ленинграда и солнце, распускающаяся зелень волнует меня и тянет в поле. Я, когда прочитал Ваше письмо о Вашей зимней прогулке в вашу деревню, завидовал этому великому счастью, я лишен всего этого, и это угнетает меня, лето идет, а меня в этом лете нет.
          Если будете видеть Кристи2, скажите ему, что одну тысячу за картину я получил, а другую нет, за тысячу рублей я «Девушку с красным древком»3не продаю и могу им выслать обратно, если я болен и семь месяцев не мог работать и сейчас еще не могу, то это не значит, что я вынужден продавать за гроши свой труд. Так я и не могу понять, за две тысячи купили или за одну. Слух был, что купили две работы за две тысячи4, но Собакевич5вычеркнул одну, стало быть, купили одну за одну тысячу.
          Я устал и не могу писать дальше.

Жду Вас
К. Малевич.

          Привет Екат<ерине> Конст<антиновне>6и всем детям — зачеркнуто чаду. 5 мая 1934.
          Л<енинград>.
          <Приписка на полях:> Случайно нашел кусок газеты в котором оказалась заметка о выставке7.


          1Одно из последних писем Малевича одному из самых старых его друзей, художнику И. В. Клюну. Клюн приезжал в Ленинград к больному другу, присутствовал также при его кончине. См. обширный блок материалов, связанных со взаимоотношениями двух художников в кн.: Клюн И. В. Мой путь в искусстве. Воспоминания, статьи, письма / Составитель, автор вступительной статьи и комментариев А. Д. Сарабьянов. М.: ИА, 1999 (по именному указателю).
          2Кристи Михаил Петрович (1875—1956) — искусствовед, художник, музейный деятель, начальник Главнауки Наркомпроса директор Государственной Третьяковской галереи в 1928—1937 годах (в 1932—1934 был первым заместителем директора); Кристи благожелательно относился к Малевичу и много помогал ему.
          3Малевич КС. Девушка с красным древком. 1932—1933. Холст, масло. 71x61 см. ГТГ.
          Картина, экспонировавшаяся на выставке «Художники РСФСР за XV лет», была приобретена галереей в 1934 году (см. нижеследующее прим.). Моделью портрета послужила Анжелика Андреевна, в девичестве Манченко, сестра жены Малевича, Натальи Андреевны Манченко.
          4С выставки «Художники РСФСР за XV лет» была также приобретена для ГТГ картина Малевича «Девушка с гребнем в волосах» (1932—1933. Холст, масло. 35,5x31 см).
          «Девушка с красным древком» была закуплена за 2000 рублей, «Девушка с гребнем в волосах» — за 1000 рублей (Протокол отборочной Комиссии по приобретению художественных произведений для Советского отдела Третьяковской галереи от 19 марта 1934 года // Российский государственный архив литературы и искусства, ф. 643, оп. 2, ед. хр. 5, л. 2. Сведения приводятся по изд.: Клюк И. В. Мой путь в искусстве. С. 467).
          Вышеозначенный протокол был составлен 19 марта 1934 года, но Малевич, судя по письму, написанному Клюну 5 мая, не был проинформирован о закупке.
          5Собакевич — предположительно А.А.Вольтер (1889 — после 1975), один из инициаторов и учредителей в 1922 году Ассоциации художников революционной России (АХРР); Вольтер занимал пост директора Третьяковской галереи с марта 1932 по июль 1934 года; он являлся членом отборочной Комиссии по приобретению художественных произведений для Советского отдела Третьяковской галереи, куда входили также О. М. Веский, А. И. Замошкин, А. М. Эфрос и другие.
          6Клюнкова Екатерина Константиновна (1883—1939), жена Клюна.
          7Судя по дате письма, речь могла идти о выставке «Женщина в социалистическом строительстве», открытой в Ленинграде в мае 1934 года; на выставке были представлены работы Малевича.

К оглавлению.


Композиция с черным кругом.

Живопись Казимира Малевича "Пейзаж с желтым домом (Зимний пейзаж)".

Супрематизм (Supremus №57).

Главная > Книги > Черный квадрат (Книга) > Глава IV > Глава IV. Часть VII
Поиск на сайте   |  Карта сайта
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Казимир Малевич. Сайт художника.