БиографияКнигиО творчествеКазимир МалевичЧерный квадратГалереяГостевая
 

1 - 2

Театр1

Артист перевоплотится из имитатора, подражателя, копировщика — в творца. Питающийся крохами природы и жизни, одухотворяющийся сплетнею, любовными сценками, он будет связан духом, непосредственно станет перед лицом его дыхания и из ничего бросит в [живую] жизнь новую форму. Раб сюжета станет свободны<м> и внутри себя зародит не лик искаженных жизнею морщин, не блистательную мораль произнесут его уста, не сплетню спален — он скажет новые слова, чистые, свободные, не испачканные грязными подолами юбок жизни сутолоки. Может быть, слова его не будут понятны, как непонятен молодой росток. Но из лепестков беззвучных идут какие-то лучи, которые заставляют трепетать наше чувство. И больше он не будет основывать дар свой на дряхлой любви в вопле, стоне, смерти.

Искусство театра осталось сзади, далеко от искусства литературы, живописи, музыки. Живопись через Кубизм, футуризм пришла к цвету, Супрематизму, литература поэзии к букве, музыка к звуку как таковому.

Искусство театра осталось возле сиреневого куста и любовной кровати, в вишневых садах, среди кустов осенних садов, со скрипками, синими птицами, застыл<о> в юбке любви, печали, тоски, смерти, ужаса и сплетни.

Всю дребедень <оно> украшает блестками своей характерной субъективной способностью игры.

Новый артист порывает все <связи> с окружающим его хламом, ибо то, что дорого любви, что дорого нашей жизни, не дорого и не нужно Искусству. Все имеет свое назначение, а потому брать посудину другого назначения и пускать ее в ход артисту ненормально.

Артист — творец, от него ждать надо нового и нового, он не берет, но дает.

Новый артист беспредметен; звук чистый, безвещный его материал. [Он его] построит в клетки гряд и дуг и обрисует новую конструкцию, потрясающую нашу нетронутую еще область сознания.

Жесты его, вызванны<е> новым построением творческого духа, дадут нам новы<е> усил<ен>ные выпуклости звуков, дадут ему характер и сильный бег.

Он не повторит его больше.

Повторить успешный спектакль, выдержавший 100 постановок, всё равно, что вырезать себе язык, вырвать нервную систему и заменить паклями или часами с кукушкой.

Артист, повторяющий "успешный спектакль", превращается в трафарет. Артисты Художественного театра — трафареты безжизненные. Как сам театр, так и артисты давно уже умерли, и лишь первая иллюзия держится в толпе, и трупы и<х> еще до сих пор кажутся живыми.

Нет ему спасения. Напрасны поиски Синей птицы, им не найти выхода, сколько бы ни искали в толстых книгах Достоевских и друг<их>. Сколько бы ни искали <артисты спасения> на задворках усадеб — им ничего не найти. Там все стерто. Им нужно найти улетевшую жизнь духа, который умер от успешных спектаклей.

Нужно прийти к букве, звуку и цвету как таковому, вот путь к живому, вот где воскресение. Но мертвые художественные не воскресают (это единственный случай в природе).

*

Сцена — место, <которое> должно быть подчинено в декоративном или художнику-цветописцу, или артисту; звук тоже. Это самая сложная задача, нужно найти точку, где бы интуиция2коснулась всех трех.

Или же <форма и звук> должны подчиниться артисту. Соединяясь с каждой формой и звуком, касаясь <их> собою, он свяжет в целое единое тело всю сцену, <и свяжет ее> не в случайную, а живую вещь.

Никто не может знать, что будет на сцене, что озарит толпу.

Идя по пути буквы, звука, цвета, объема — артист разовьет истинную силу творчества, будет Богом в неразрывном творчестве природы. Перестанет быть денщиком Хитрова рынка, Вишневых садов, Евгениев и проч. Сутолоки жизни, кухни любви.

Сцена серьезна, как черное и белое, ничто на ней не смешно, это не кухня, не лакейская — <это> место серьезнее и священнее церкви. Это не кушетка для отдыха, это не забор, где подвешивают нервную силу, как белье. Театр должен исчезнуть, как допотопные животные.

Года два тому назад Камерный театр, не знаю как и почему, и зачем, <и чем> руководился, — допустил в свой театр художников другого лагеря. Приглашение художницы левого течения живописи цвета А.Экстер было смелым шагом, но смелость была не во всю, администрация побоялась поставить на сцену такую же пьесу, как и живопись г<-жи> Экстер. Но духу <у администрации> не хватило, и пустили Фамиру под кубизм; фавны, свирели и проч. подохли в развалинах Кубизма3.


1Печатается по рукописи с правкой (5 л. писчей бумаги большого формата, черные чернила, правка чернилами). Архив ФХЧ, Наверху первой страницы в левом углу авторская подпись "К. Малевич", под ней неустановленной рукой сделана надпись "Гакъ"; посредине рукой Малевича написан заголовок "8) Театр — 5 стр.", синим карандашом проставлена цифра 16, графитным карандашом сделана пометка "Кегель 10". Номер перед названием свидетельствует о месте, которое отводилось статье в журнале "Супремус". Нумерация листов авторская; на втором листе сверху посредине авторская надпись "2-я театр", затем на каждом следующем листе сверху посредине авторский колонтитул "театр", а номера листов указаны в правом верхнем углу. В конце статьи стоит авторская подпись. Данный текст представляет собой окончательный вариант статьи "Театр", предназначавшийся для журнала "Супремус". В архиве ФХЧ хранятся несколько вариантов текста с авторскими заголовками "Театр", варьирующими положения настоящей статьи, однако по объему они меньше. См. публикацию: "Театр <1> (1918?)" и "Театр <2> (1918?)" в изд.: Эксперимент-5, с. 98-104. Текстологическая подготовка текстов в "Эксперименте-5" осуществлена И.Меньшовой, ей же принадлежит предположительная датировка работ. Краткий фрагмент настоящей статьи был процитирован без ссылки на местонахождение источника в изд.: Дуганов Р.В. "Мир погибнет, а нам нет конца!", или театр наизнанку [вступ. ст.] // Крученых А. Победа над Солнцем. Опера в двух деймах, шести картинах. М.; Вена: Общество Велимира Хлебникова, 1993. С. 3-4. Название авторское. Датируется июнем-июлем 1917 года. Публикуется впервые.
2Слово "интуиция" было написано Малевичем поверх зачеркнутых слов "сошествие духа".
3А.А. Экстер была приглашена режиссером Камерного театра А.Я.Таировым для постановки драмы Иннокентия Анненского "Фамира Кифаред". Премьера спектакля состоялась 2 ноября 1916 года, то есть приблизительно месяцев за 7-8 до появления данной статьи, а не "года два назад", как пишет Малевич.

Предыдущая глава

1 - 2


Супрематизм. Беспредметная композиция.

Лежащая женщина с двумя играющими детьми (ок. 1908 г.)

Страница письма К.С.Малевича к Эль Лисицкому от 6 сентября 1924 г.

Главная > Книги > К.С. Малевич. Произведения разных лет > I. СТАТЬИ, ТРАКТАТЫ, МАНИФЕСТЫ И ДЕКЛАРАЦИИ, ПРОЕКТЫ, ЛЕКЦИИ > Театр
Поиск на сайте   |  Карта сайта
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Казимир Малевич. Сайт художника.