БиографияКнигиО творчествеКазимир МалевичЧерный квадратГалереяГостевая
Посмотрите на Мицубиси Паджеро Спорт, сразу видно, что у него стильный дизайн и мощный двигатель.
 

1 - 2

Cупрематизм как Уновисское доказательство1

Через многие века движение Государств разных экономическо харчевых культур все духовные состояния человека были приложимыми к Государству. Всегда все усилия Государства направлялись к духовным силам, чтобы их использовать для своих надобностей. Так Государства приспособляли Религию, так же приспособляли Искусство Художник и священник были подсобными силами в движениях Государств. Также оба обслуживали потребы Государства и Гражданства (общества). Они были средствами, окутывающими вуалью истину. Ни священник, ни художник не были свободны в своем духе, дух свой не могли использовать в самостоятельную форму явления, никто из них не дал явления кроме того, что было заложено в существе известного Государства. Но никто из них даже и не думал, что существует в духе Религии и духе Искусства нечто самостоятельное — художник был уверен, что без Государства, без его идеи, без его существа ничего больше не существует, не замечая того, что он сам находится в рабстве Государственной идеи, что он воспитан не иначе, как в идее последнего, что весь трепет духовной силы есть трепет духа Государства и что перед воспроизведением образа трепещет не его дух существа самого Искусства, а трепещет Государство, видя образ свой в изображении; так же трепещет и общество перед своим образом. До сих пор еще не было такового Государства, которое бы отказалось от услуг Художника, которое бы сказало: "Мне больше не нужно ни портретов, ни памятников, мне не нужно идолов новых святых, мне не нужны ризы Искусства, которые облачали мое Государственное тело, мне не нужна галерея моей идеологии в изображениях. Мне не нужно изобразительных плакатов, возносящих мое достоинство, правду, справедливость и т.д. Истина прекрасна сама по себе".

Художник был Государственным мастером, а так же и мастером в Государствах Религий, он — главный портной-ризоделатель и изображатель всей идеологии как религии, так и Государства и общества, он был воспитанником всех трех и в духе их был крещен. Он один вечный путешественник, таскающийся за телегою экономических харчевых переворотов, он один изобразитель идолов разных эпох, он ставит на площадях новых Богов и пишет, и воспевает <им> славу. И его за это каждое Государство рано или поздно возведет на пьедестал.

Таким образом Художник создавал художественную культуру тому или иному двору, той или иной идее. Итак, никогда художник не был свободен, не был самоидейным, не выявил никогда сущности самого Искусства, ибо он и Искусство были изобразительными.

Художник изобразительного Искусства — мастер по обработке Божеств, и как только Религия освободится от Бога, которого нужно явить через кисть художника народу, а Государство убедится тоже в этом, что его изображать во славе народу не нужно, то изобразительному Искусству ничего не оста<н>ется выявлять, <и> тогда будет видно, что Изобразительное Искусство просто средство пропаганды для темных масс, а, конечно, всякая идея, пропагандировавшая себя, хочет показать товар лицом. Богослужение будет торжественнее в ризах, нежели в рогожах.

Вот почему нужны художники и художественное образование, вот почему нужна Художественная Культура. Художественная Культура не надстройка, а венец Государственного здания, без чего оно никогда не рискнет показать себя в своей голой истине.

Целый обоз поэтов, художников, музыкантов окружали всегда харчевой двор Государства, и в слове, струнах и изображениях славили харчевой его живот; живот Государства под их Искусством переваривал пищу, а лицо, заплывшее жиром, еле улыбалось и фамильярно хлопало по плечу голодную ораву художников.

Но вот настало время — Искусство освободилось от зависимости <от> идей и стремится стать самоидеей. Новые Искусства уже больше не воспевают Государство, Религию и общество; и не потому ли Государства с ненавистью относятся к последнему <первым>, не потому ли каждый представитель Государства со злобою угрожает Новому Искусству, что в нем нет никаких признаков его прославления. Оно непонятно, неясно народу. Но не так оно непонятно народу, как непонятно самому Государству. В чем же его непонятность<?> Да в том, что в нем нет ни сияния святых, ни гербов Государства. В какую же форму Искусство перешло, если оно не воспевает ни Бога, ни Государство, ни общество, <если> оно не служит им<?> Неужели оно перешло в форму самовоспевания<?> Какой позор и паразитство<!> "Я, Государство, в целом своем величии служу народу, и за это он воспевает меня, я веду его к культуре, правде и справедливости. И потому все должно воспеть меня, все же, воспевающее само себя, позорно есть".

Наступил 1909 год, год революции в предметном живописном Искусстве; в стране-кладбище, в Италии, поднялось знамя живописцев и поэтов. Манифест футуристов всколыхнул вечный покой, и проснулась молодежь по всей земле, и поднял<а> восстание против всей предметной культуры, против художеств и всех ценностей Искусства того времени. Кубизм и футуризм впервые внесли новые различия конструктивных начал, чем были поколеблены предметы, портреты, памятники. Последние были окрещены Новым Искусством, дальше конструктивным, — последняя формулировка принадлежит Гану Алексею2. Таким образом наступил новый момент движения Искусства. Почему я называю <все это> Искусством — да потому, что все движение рождалось в среде Искусства, которое и движется под разными знаменами дальше. Российской земле выпало то, что он<а> сумела продвинуть сущность освобожденную Искусства в новый Завет, похоронив навсегда старый Завет Искусства. В ней впервые произошло ясное разделение предметного и беспредметного Искусства, в ней впервые происходит борьба за самостоятельность проявления Миростроения, исходящего из живописной сущности как самоидеи.

Самоидея Нового Искусства или самоидея Конструктивного Искусства — действительно ли будет самоидеей или же она незаметно будет подчинена Государству <и> вышедшее из среды живописной конструктивное начало в беспредметное состояние будет подчинено практическому харчевому Государству; будет ли направлено конструктивное <Искусство> в область предметную или же останется беспредметным — вот самое главное. От последнего уклона будет многое зависеть, и конструктивное начало должно будет разделиться, т.е. совершить предыдущую ошибку художников Искусства.


1Печатается по фотокопии рукописи с незначительной правкой (4 л. писчей бумаги длинного узкого формата, чернила). Частный архив. Название авторское, написано наверху первого листа. Нумерация авторская, арабскими цифрами слева вверху листов, начиная со второго. Текст представляет собой развернутый отклик на тему дискуссии "Анализ понятий конструкции и композиции и момент их разграничения", развернутой в Институте художественной культуры в Москве с января по апрель 1921 года (см.: Хан-Магомедов СО. Инхук и ранний конструктивизм. М.: Architechtura, 1994). По материалам этой дискуссии, в сокращении именовавшейся "конструкция — композиция", с конца 1921 по начало 1922 года готовился сборник "От изображения — к конструкции" (опубликован не был). Малевичу, иногороднему члену-корреспонденту Инхука, равно как и другим деятелям Уновиса (Вере Ермолаевой, Николаю Суетину), было предложено представить свои материалы для этого сборника. Среди подготовленных для сборника работ, сохранившихся в архиве Александра Родченко — Варвары Степановой, материалов витебских уновисцев нет. Контекст настоящего сочинения дает основание предположить, что оно и являлось тем материалом, который Малевич собирался представить для сборника Инхука. Датируется концом 1921 — началом 1922 года.
2Алексей Михайлович Ган (1883-1942) был одним из организаторов и идеологом Рабочей группы конструктивистов Инхука, наиболее активный этап творческой деятельности которой пришелся на март-май 1921 года; в декабре 1922 года Ган выпустил книгу "Конструктивизм" (Тверь, 1922). В инициативное ядро Рабочей группы конструктивистов входили также Александр Родченко и Варвара Степанова. Более подробно см.: Хан-Магомедов СО. Указ. соч. С. 89-112.

Предыдущая глава

1 - 2


Композиция.

Голова мальчика в шляпе.

Фигура в виде креста с поднятыми руками.

Главная > Книги > К.С. Малевич. Произведения разных лет > I. СТАТЬИ, ТРАКТАТЫ, МАНИФЕСТЫ И ДЕКЛАРАЦИИ, ПРОЕКТЫ, ЛЕКЦИИ > Витебск (1919-1922) > Cупрематизм как Уновисское доказательство
Поиск на сайте   |  Карта сайта
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Казимир Малевич. Сайт художника.